fbpx

March 26, 2014

Неправовая история

Оценить вероятность назначения Юрию Староверову реального срока лишения свободы в рамках «дела 15 сентября» в нынешних условиях практически невозможно.

Когда существует нормальная судебная практика, нормальное правоприменение, ответ на такие вопросы можно делать достаточно обоснованно: «В подобных случаях при такого рода преступлениях назначается такое-то наказание»… Но это признак правового государства.

Оценить вероятность назначения Юрию Староверову реального срока лишения свободы в рамках «дела 15 сентября» в нынешних условиях практически невозможно.

Когда существует нормальная судебная практика, нормальное правоприменение, ответ на такие вопросы можно делать достаточно обоснованно: «В подобных случаях при такого рода преступлениях назначается такое-то наказание»… Но это признак правового государства.

Меня в свое время учили, что правовое государство – это государство, где гражданин понимает, какой будет реакция власти на те или иные его действия. В этом смысле наше государство трудно назвать правовым, и развитие его происходит явно не в правильном направлении.

Дело Юрия Староверова, безусловно, не стандартное, дело политическое (если здесь вообще можно говорить о политике в привычном понимании), скажем лучше – дело это заказное. Староверов попал под кампанию, которую условно можно определить как «болотное дело Нижнего Новгорода». То есть, у нас решили всем гражданским активистам, которые выходят на несанкционированные митинги, демонстрации и шествия, продемонстрировать, что «вам, негодяи, могут не только совершенно произвольно запретить или разрешить мероприятие, вас могут без всяких на то оснований разогнать или, напротив, дать провести акцию, несмотря на отсутствие согласования; но вы должны быть готовы получить затрещины, оплеухи, удары дубинками, ботинками, ваши права могут быть нарушены всеми возможными способами… – но ваше негодяйское дело терпеть и быть благодарными полицейским, что вас не убили, и не дай вам бог хотя бы прикрыться рукой для защиты».

И «болотное дело» в Москве, и его жалкая копия в Нижнем Новгороде являются демонстрацией этой новой государственной политики. Если уж ты вышел на митинг, ты должен быть готовым к тому, что тебя будут бить, колотить, но не смей мешать господину прапорщику избивать тебя или твоего товарища дубинкой.

Тот же самый прапорщик Лебедев, за попытку удержать которого судят Староверова, в нарушение закона «О полиции» – и это доказано, это есть на видеозаписи, подлинность которой подтверждена экспертизой, – ударил по голове участницу пикета Зайцеву. Но его за это к ответственности не привлекают! Уже второй год Следственный комитет проводит по этому факту проверку (правоохранители несколько раз пытались отказать в возбуждении дела, у них это не получилось), но дело до сих пор не возбуждено.

При этом слов Лебедева о том, что он испытал какую-то нечеловеческую боль оттого, что его Староверов якобы схватил за шею, оказалось достаточно, чтобы Староверова привлекли к уголовной ответственности, провели следствие – и вот-вот осудят. Доказательств никаких. Телесных повреждений у прапорщика – никаких. Свидетели обвинения – это доказано – не могли видеть того, о чем они дают показания, они находились в совершенно другом месте (это подтверждено видеозаписями), то есть, они дают ложные показания.

Доказательств у суда нет, кроме слов прапорщика.

Я сильно подозреваю, что Староверов все-таки будет осужден, несмотря на то, что вина его не доказана. Сколько ему впаяют – прогнозировать в отсутствие правового государства невозможно.  

Говоря о заказчике данного процесса, надо подумать, кто в состоянии дать ход «болотному делу» и аналогичным преследованиям оппозиционных активистов в регионах, понять кому выгодно запугать «всех этих негодяев». Это федеральная линия, причем, я не совсем согласен с формулировкой «политическое дело».

Дело не в том, что Староверов – нацбол, не в том, с какими требованиями и под какими лозунгами проводился этот митинг. Дело в том, что власть захотела продемонстрировать не то, что полицейский неприкосновенен (с этим-то я вполне согласен), она хотела продемонстрировать что полицейскому в такой ситуации принадлежит абсолютная власть. Если вы вышли на митинг, все, что ни сделают в отношении вас люди с дубинками, как бы ни были правы вы и как бы ни были неправы они, – они, тем не менее, могут сделать с вами все, как и с любым человеком, который рядом с вами находится. И не дай бог вам вступиться за кого-то – максимальная «объективность» и «всесторонность» расследования будут вам обеспечены, можете даже не сомневаться.

Еще раз повторюсь – есть полный набор доказательств того, что прапорщик Лебедев избил женщину, используя спецсредства и нанося удары по голове. Он действовал явно несоразмерно, нарушая закон «О полиции», превышая свои должностные полномочия. Но уголовное дело в отношении него за полтора года так и не возбуждено. Зато против Староверова нет никаких доказательств, кроме утверждения этого самого Лебедева о том, что он невыносимо страдал – видимо, избивая Илью Мясковского и Екатерину Лебедеву (такие страдания могла бы вызвать у него – при наличии – только совесть), и дело движется к обвинительному приговору.

Налицо проведение конкретной кампании по запугиванию всех несогласных. И в такой ситуации я совершенно не исключаю, что Староверов может получить реальный срок.

Игорь Каляпин

Источник: apn-nn.ru

Calendar of publications

Mon Tue Wed Thu Fri Sat Sun
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30